Трое бывших сотрудников нелегальных тюрем на оккупированных территориях: что о них известно

Журналисты подготовили материал о трех бывших сотрудниках нелегальных тюрем, действовавших на оккупированных территориях Украины с 2014 года. В расследовании собраны свидетельства бывших узников, данные следователей и сообщения правоохранительных органов.

Юрий Темербек, 56 лет

По данным расследования, ранее работал в ГАИ в Новоазовске Донецкой области и после захвата города в 2014 году перешел на сторону самопровозглашенных формирований. Одна из бывших заключенных вспоминала его из документов и утверждала, что видела его в нелегальной тюрьме.

По версии украинских следователей, ему вменяют работу в органах «госбезопасности» ДНР и участие в террористической организации. Сейчас, по имеющейся информации, он вместе с семьей проживает в Ростовской области; его нынешняя занятость неизвестна.

Руслан Еремичев (по прозвищу «Ермак»), 46 лет

Бывшие узники называют его участником пыток. Одна из женщин рассказывала, что он заставлял ее есть сырую пищу вместе с землей и мусором. Первые сведения о его причастности появлялись в результатах совместных расследований и показаниях бывших заключенных.

По образованию он учился на юриста в Донецком университете. Прокуратура Украины обвиняет его в многочисленных преступлениях, включая жестокое обращение с военнопленными и гражданскими лицами.

Андрей Спивак, 40 лет

По данным следствия, этот сотрудник российской тюремной системы из Омска руководил секретной тюрьмой в Херсоне. Ему заочно предъявлены обвинения в жестоком обращении с гражданским населением и нарушениях законов войны.

Судя по его страницам в соцсетях, сейчас он живет в Омске, участвует в мероприятиях МВД и увлекается рыбалкой и охотой; также отмечено, что он зарегистрировал машину как частное такси.

Упомянутые лица ранее были гражданами Украины, а впоследствии получили российские паспорта.

Следственные данные указывают на сотни мест незаконного содержания на оккупированных территориях и на российской территории, через которые с начала полномасштабного вторжения прошли, по оценкам прокуратуры, порядка двух тысяч человек. Многие такие места действовали неофициально и располагались в самых разных зданиях — от гаражей до гостиниц и бывших офисов.