Президент неоднократно заявляет, что участники войны с Украиной становятся новой российской элитой и что власти будут опираться на тех, кто «вернулся с СВО». Проверка открытых источников показывает, что количество таких назначений действительно растёт — но с оговорками.
Что за база и как она собрана?
По открытым источникам составлена база из 1305 человек, которые после участия в боевых действиях либо выиграли местные или региональные выборы, либо получили назначения в органах власти и общественных организациях с государственным участием. Всего в базе зафиксировано 1311 должностей (некоторые люди занимали несколько постов). Данные собраны из сообщений СМИ, сайтов органов власти и избиркомов, публичных списков и кадровых программ; для первичной обработки использовались инструменты автоматического поиска, все записи затем перепроверялись вручную.
Это минимальная оценка: в России нет единого публичного реестра, и многие назначенные в отдалённых районах остаются без упоминания в интернете. Реальное число вернувшихся, оказавшихся в государственных и окологосударственных структурах, вероятно, значительно выше.
Динамика назначений
Процесс нарастает: в 2023 году зафиксировано около 45 таких назначений, в 2024‑м — минимум 201, в 2025‑м — минимум 754, а в январе‑мае 2026‑го — по меньшей мере 311.
Где их больше всего?
Назначения распределены неравномерно. Наиболее часто встречающиеся регионы по количеству зафиксированных назначений: Московская область — 76, Республика Башкортостан — 41, Татарстан — 37, Крым и Севастополь — по 30, Самарская область — 30, Республика Саха (Якутия) — 29, Новосибирская область — 28. Если учитывать также тех, кто временно уходил на службу и затем возвращался на прежний пост, Московская область остаётся лидером (81), на втором месте — Белгородская область (54).
Кто чаще всего попадает во власть
Анализ резюме показывает, что «карьерный лифт СВО» сработал прежде всего для тех, кто до войны уже имел отношение к власти: бывшие чиновники, муниципальные служащие, кадровые военные, силовики и люди, связанные с региональными элитами. Среди 1305 человек как минимум 848 имели до участия в боевых действиях опыт, близкий к госслужбе: работа в органах власти, профессиональная военная служба или служба в силовых структурах.
Таким образом, для большинства возвращение с войны стало дополнительным ускорителем продвижения внутри уже знакомых управленческих траекторий, а не широким социальным лифтом для «новых людей».
Как именно получают должности
Основные маршруты попадания в систему власти: 1) кадровые программы подготовки и наставничества для участников боевых действий; 2) участие в выборах, прежде всего муниципальных и региональных; 3) продолжение уже начатой карьеры — война выступает как фактор ускорения продвижения. Также важную роль играют добровольческие отряды и специальные подразделения, где можно получить официальный статус участника боевых действий.
- Кадровые программы: отбор, обучение, стажировки и трудоустройство — по ним в базе значительное число назначений.
- Избрание в муниципальные и региональные органы власти: много новых и подтверждённых мандатов на низовом уровне.
- Добровольческие формирования (например, отряды в мобилизационном резерве и подразделения, связанные с силовыми структурами): через них некоторые чиновники получают формальный статус участника СВО.
Кого действительно отправляли в зону боевых действий
Практики различаются: иногда чиновники и политики действительно выезжали в зону боевых действий и получали ранения или погибли, но часто речь о формальном участии или службе в относительно безопасных районах. Сформировались и «депутатские батальоны» — формирования, где «служат» чиновники и политики, демонстрирующие лояльность.
Есть и реальные случаи гибели и ранений среди представителей власти — минимальная оценка погибших по открытым данным составляет десятки человек.
Роль добровольческих формирований
Через отряды, формируемые из резерва (с контрактами на ограниченный срок), чиновники и муниципальные депутаты получают статус участников боевых действий. Такие контракты по закону теоретически позволяют вернуться по окончании срока, но в отдельных случаях возвращение осложнялось судебными и административными историями.
Насколько влиятельны новые «ветераны» во власти
Множество назначений приходится на муниципальный уровень и на департаменты, связанные с молодёжной и патриотической работой, образованием, ветеранами и частично — безопасностью. Федеральных постов среди новичков немного: большая часть — средний управленческий уровень (департаменты, аппараты губернаторов, региональные министерства). Такие позиции дают доступ к реальным решениям по бюджетам и кадровой политике, но часто не обеспечивают большого автономного влияния.
Часто депутатские кресла для вернувшихся используются как показатель исполнения поручений сверху: формальный статус есть, реальные полномочия на местах остаются скромными.
Чего ждать дальше
Судя по запущенным программам и участию кандидатов в праймериз, продвижение участников боевых действий во власть рассматривается властями не как временная акция, а как длительный проект по формированию кадрового и идеологического корпуса. Подъём числа «ветеранов» на выборах и в назначениях в ближайшие годы выглядит вполне вероятным.
В преддверии выборов наземной волной идут праймериз и включение участников боевых действий в партийные списки; основной инструмент продвижения — крупная правящая партия и её кадровые процедуры.
Вывод: возвращение с фронта действительно открывает дополнительные возможности для карьеры в государственных и окологосударственных структурах, но чаще всего эти возможности получают те, кто и до войны был встроен в систему власти.
