Департамент защиты населения сообщает о наличии укрытий и памятках на случай атак дронов. На интерактивной карте — 50 укрытий в Северске, 11 в Томске; в ряде городов укрытия не отмечены.
Остановка нескольких крупных НПЗ после атак и технических проблем привела к дефициту автобензина: производство упало до 75–80 тыс. т/сутки при потреблении около 115–120 тыс. т/сутки. Часть дефицита покрывается импортом и запасами, ожидается улучшение ко второй половине июля.
В обновлённом списке погибших на войне появились имена 39 военных из Республики Бурятия и Иркутской области. В общей базе сейчас отражено 11 162 фамилии; список составлен на основе открытых некрологов, сообщений родственников и записей волонтёров.
Вице‑премьер Александр Новак заявил, что в России существует дефицит бензина: из‑за вывода части НПЗ в ремонт после атак беспилотников возникают очереди на АЗС и перебои в поставках. В отдельных регионах, в том числе в Омске, фиксировали многочасовые очереди и временные ограничения продажи топлива.
Губернатор проверил готовность подразделений, на ряде предприятий усилили внутриобъектовую охрану, в регионе ввели запрет на въезд транзитных фур после атаки беспилотников в Омске.
Злоумышленники под видом чиновников приглашают на «вручение медалей», присылают поддельные приглашения и требуют перейти по ссылке или передать паспортные данные.
Роботы заключили «брак», ИИ помог создать мультфильм, священник предложил закрывать крупные магазины по выходным, а в Кемерове открылась выставка портретов «героев СВО».
В регионе появились ролики, на которых люди в гражданской одежде наблюдают за водителями грузовиков на трассах. При обнаружении подозрительного поведения вызывают полицию и Росгвардию. Власти также усиливают подготовку к возможным атакам беспилотников.
Авиаэксперт Валерий Романенко рассказал, почему Россия задействует Ту‑160 вместе с Ту‑95, сколько ракет теоретически можно выпустить и как долго эти бомбардировщики сохранят летоспособность при нынешних темпах действий.
39‑летний рабочий из Бурятии погиб через две недели после мобилизации; родственники и правозащитники заявляют, что его отправили без подготовки, а обращения в военную прокуратуру не привели к расследованиям и ответственности руководства.
