Что происходит?
На начало июня ограничения на розничные продажи топлива введены как минимум в 14 регионах России. В списке — Москва и Санкт‑Петербург с областями, несколько центральных областей (Рязанская, Орловская), регионы Северо‑Запада (Псковская, Новгородская, Мурманская области, Карелия), части Сибири, включая Красноярский край, приграничные с Украиной области (Курская и Белгородская), а также Крым. В зонах с заметными признаками дефицита живёт почти треть населения страны.
Формы ограничений различаются: запрет продажи топлива в канистрах на независимых АЗС, лимиты отпуска на один чек в крупных сетях, талонные системы и даже полный запрет свободной продажи в отдельных территориях. Кризис обострился в течение нескольких недель.
Причины кризиса
Кризис имеет две основные составляющие: производственные проблемы внутри страны и логистические перебои на временно оккупированных территориях. Оба фактора усиливают друг друга и приводят к региональным особенностям дефицита.
Что происходит внутри России
В мае аналитики зафиксировали значительное снижение переработки нефти на ряде НПЗ: по оценкам, падение могло составить порядка 13% (~700 тыс. баррелей в сутки) по сравнению с прошлым годом. Удары по ключевым участкам производственных цепочек и повреждения оборудования, а также перенесённые на весну плановые ремонты привели к снижению загрузки мощностей.
На оптовом рынке наблюдаются признаки сокращения предложения: предложение бензина марки АИ‑95 на товарной бирже заметно упало по сравнению с весной, оптовые цены выросли за месяц на несколько процентов. Одновременно растут поставки топлива из соседних стран и вводятся ограничения на экспорт отдельных видов топлива и авиационного керосина.
Розничные сети вводят лимиты во избежание ажиотажа — шаги схожи в независимых сетях и у крупных вертикально интегрированных компаний, хотя в большинстве случаев ограничения сейчас носят умеренный характер (например, лимиты порядка 100 литров на чек).
Ситуация в Крыму и на оккупированных территориях
На временно оккупированных территориях — в том числе в Крыму, ДНР, отдельных районах Запорожской и Херсонской областей — наблюдается настоящий физический дефицит топлива. Его природа в основном логистическая: регулярные атаки на бензовозы и транспортные коридоры делают снабжение опасным и нестабильным.
Современные беспилотные комплексы средней и большой дальности позволяют поражать топливные автоколонны и береговые терминалы на глубину сухопутных коридоров. Из‑за этого провозные альтернативы ограничены: морские танкеры уязвимы, железнодорожные паромы на ряде линий выведены из строя, а пропускная способность автомобильных переправ невелика. Ограничения на проезд тяжеловесного транспорта по мостам сохраняются.
Из‑за повышенных рисков перевозчики требуют повышенной оплаты за рейсы, что дополнительно усложняет логистику и повышает цену топлива на местах.
Чего ждать дальше
Для материковой части России наиболее вероятен сценарий не физического массового дефицита, а удорожания топлива и локальных ограничений: возможны расширение поставок с соседних НПЗ, налоговые стимулы для производства и перераспределение транспортных мощностей. В стране остаются резервы бензиновых мощностей, но их распределение и логистика требуют управления.
Для Крыма и ряда оккупированных районов системного решения пока не видно. Построение трубопроводного снабжения сразу сделает его стратегической целью, а укрепление противодронной и противовоздушной обороны требует времени и значительных средств. Наиболее реалистичные меры — сочетание мобильной ПВО, антидроновых комплексов и организационных шагов по защите перевозок — но их развертывание и эффект пока ограничены.
Краткие выводы
- Ограничения введены минимум в 14 регионах; формы — от лимитов до полного запрета.
- Причины: сокращение переработки на ряде заводов и логистические проблемы на оккупированных территориях.
- В материковой России вероятнее рост цен и локальные лимиты, а не тотальный дефицит.
- В Крыму дефицит носит системный характер и требует комплексных и дорогостоящих мер для стабилизации.